Stolpersteine - «камни преткновения». Европа помнит. А мы?

Гутен таг, добрый день, дорогой читатель. Сегодня наш репортаж будет посвящен нелегкой для автора и все-таки очень нужной теме. Тема эта – память. Или, скорее, напоминание. Берущее за душу невероятно сильно.

Память о погибших, об ушедших, запечатленная прекрасным человеком, художником, скульптором, дизайнером, уроженцем Кельна Гюнтером Демнигом, создателем и воплотителем потрясающего в своей простоте и действенности проекта. Проект этот, официально начавшийся в Германии в 2000 году, носит название «Stolpersteine», или, по-русски, «Камни преткновения». Идея была подхвачена другими европейскими странами, их гражданами от мала до велика, окончания проекту не предвидится, идея его гуманистична, воспитательное воздействие очень велико.

А началось все с 1990 года – года пятидесятилетия массовой депортации цыган, или, как их называют в Германии, народов рома и синти, из Кельна. Тогда, в 1990, Демниг несмываемой краской прочертил на улицах города маршруты депортации. А в 1992 году перед ратушей Кельна на мостовой появился первый «Камень преткновения» – маленькая латунная пластинка, впечатанная в брусчатку. На пластинке значилось несколько имен депортированных. С датой рождения и датой смерти в концлагере. Всему этому предшествовала огромная архивная работа.

Целью проекта было восстановить имена, адреса и даты жизни всех депортированных и замученных в концлагерях цыган и евреев. Причем запечатлеть их на века на мостовых около домов, где жили эти люди. И в 1995 году, при поддержке пастора кельнской общины ордена антонитов, Демниг без официального разрешения властей выкладывает на мостовые Кельна несколько «камней преткновения».

Далее следует получение разрешения на работу в архивах Освенцима – и после берлинской выставки «Художники исследуют архивы Освенцима» на тротуарах Ораниенштрассе cook islands companies Берлина, в одном из бывших еврейских кварталов, появляется 51 латунная пластинка с именами. И снова – без официального разрешения. Официально первый камень преткновения был положен Демнигом в Австрии, в Зальцбурге, и понадобилось долгих три года, чтобы проект, горячо поддержанный жителями Германии, был утвержден на государственном уровне. Финансируется он до сих пор в основном гражданами.

Почему такое название? Ведь никто не спотыкается об эти камни – да они и не камни вовсе, так, небольшие латунные пластинки с самым простым текстом: «Здесь жил...» – далее имя и фамилия. Дата рождения. Дата и место депортации и, если есть, дата смерти. Все. Более ничего. Но, как написал один берлинский школьник в своем сочинении, «это камни преткновения не ног, а головы, души и сердца, камни слез».

Знаменитый немецкий бард, чудом выживший Вольф Бирманн, написал воспоминания о своем отце, Дагобере Бирманне, погибшем в Освенциме. В память о его отце перед домом, где жила семья, положен камень преткновения, а сам Вольф Бирманн стал автором прекрасных философских песен и большим почитателем Булата Окуджавы. (Песню Окуджавы «А как первая любовь...» в исполнении Бирманна и Евы-Марии Хаген, посвященную памяти погибших, можно послушать в комментариях.)

И это действительно камни преткновения сердца, поскольку помощь проекту оказал практически каждый житель Германии. Школьники проводили и проводят долгие часы в архивах, пожертвования проекту идут нескончаемым потоком, архив Яд-Ва-шем в Иерусалиме постоянно присылает новую информацию. Более гуманистичного, действенного, охватившего всю страну и жизненного проекта памяти мучеников нацизма я в Европе не видела.

Иногда не удается установить адрес погибшего, но известно место его работы и учебы. И перед школами, университетом, почтовыми отделениями, госпиталями можно видеть пластинки: «Здесь учился... Здесь работал... Здесь преподавал...»

Год назад, в апреле 2010, были подведены промежуточные итоги проекта – более 27 000 камней преткновения в Германии, Голландии, Бельгии, Италии, Норвегии, Австрии, Польше, Чехии, Украине и Венгрии были созданы и положены Демнигом и его коллегами. Предстоит это сделать во Франции, Дании. Как хотелось бы увидеть продолжение этого проекта и в России.

Да, есть и голоса против. Некоторые считают, что имена мучеников под ногами живущих – это неправильно. Некоторые считают, что постоянное напоминание о зверствах нацизма вызывает у молодого поколения неуместное чувство вины. Но вице-президент Совета евреев Германии Саломон Корн горячо защищает проект costa rica corporation. А молодое поколение немцев, бесплатно, в свое свободное время работающее для этого проекта, думает прежде всего о памяти и том, что ужас не должен повториться.

Есть, правда, два города, где «камни преткновения» не слишком в почете, и города эти, разумеется, Мюнхен и Нюрнберг. Историческая подоплека этого понятна, и тут без комментариев.

В 2008 году молодой режиссер Дерте Франке представила прекрасный документальный фильм «Камни преткновения», а Иоахим Реннепер написал пронзительно-трогательную книгу «Перед моей входной дверью», посвященную этим камням. И вы, дорогой читатель, приехав в Германию и увидев на мостовой латунную табличку, остановитесь, прошу вас. Прочтите. Помолчите несколько секунд. Просто – вспомните.

Проект живет. И будет жить, вне всяких сомнений. И когда я иду по берлинским улицам, то почти перед каждым домом в моем районе вижу эти латунные таблички. Иногда рядом с ними лежит цветок. Каждый раз останавливаюсь. Читаю. Многие знаю уже наизусть. «Здесь жил доктор медицины Аарон Саломон. Родился в 1895. Депортирован. Убит.» Следующая табличка – его жена, а потом – семь табличек с именами детей. Младшему было полтора года. Жена имела возможность отказаться от депортации, но муж и дети подлежали отправке в концлагерь. Она не оставила мужа и детей.